Какой дивный прием! Какой очаровательный дом! Какая интересная семья! Какая прелестная девица ваша кузина! Этим не особенно глубоким наблюдениям мистер Таунзенд, казалось, и не придавал большого значения - он просто поспешил завязать разговор.
Глядел он Кэтрин прямо в глаза.
Она молчала, она только слушала и глядела на него; а он словно и не ожидал никакого ответа и с той же приятной легкостью продолжал говорить.
Хотя слова и не шли ей на язык, Кэтрин не испытывала смущения; казалось естественным, что он говорит, а она только смотрит на него; естественным потому, что он был так красив, вернее, как сказала себе Кэтрин, так прекрасен.
Музыка все это время молчала, но тут вдруг снова заиграла, и тогда он улыбнулся особой, значительной улыбкой и попросил оказать ему честь протанцевать с ним.
Даже на это она не ответила; просто позволила ему обнять себя за талию, почувствовав вдруг с необычайной остротой, какой это странный жест со стороны джентльмена - обнять девушку за талию.
И вот он закружил ее по комнате в легкой польке.
Во время паузы Кэтрин почувствовала, что краснеет; тогда она на некоторое время отвела взор от своего кавалера.
